Электронная библиотека диссертаций и авторефератов России
dslib.net
Библиотека диссертаций
Навигация
Каталог диссертаций России
Англоязычные диссертации
Диссертации бесплатно
Предстоящие защиты
Рецензии на автореферат
Отчисления авторам
Мой кабинет
Заказы: забрать, оплатить
Мой личный счет
Мой профиль
Мой авторский профиль
Подписки на рассылки



расширенный поиск

Некооперативный диалог (на материале англоязычной художественной литературы) Букин Александр Сергеевич

Диссертация - 480 руб., доставка 10 минут, круглосуточно, без выходных и праздников

Автореферат - бесплатно, доставка 10 минут, круглосуточно, без выходных и праздников

Букин Александр Сергеевич. Некооперативный диалог (на материале англоязычной художественной литературы): диссертация ... кандидата Филологических наук: 10.02.04 / Букин Александр Сергеевич;[Место защиты: Московский педагогический государственный университет].- Москва, 2016

Содержание к диссертации

Введение

Глава 1. Некооперативный диалог и его роль в речевом общении 11-55

1.1. Речевое общение как объект лингвистического исследования 11-14

1.2. Диалогическое и монологическое общение 15-22

1.3. Кооперативный и некооперативный диалог. Факторы возникновения некооперативного диалога 23-29

1.4. Присоединение факторов некооперативного диалога и восстановление некооперативного диалога 30-36

1.5. Особенности некооперативного диалога и его детекция в художественном тексте 37-40

1.6. Уровни интенсивности некооперативного диалога 41-44

1.7. Терминация в некооперативном диалоге. Некооперативная кинесика...45-51

Выводы по Главе 1 52-55

Глава 2. Личность в реализации некооперативного диалога 56-92

2.1. Некооперативный диалог как проявление личностных свойств коммуниканта 56-59

2.2. Аспекты личности в личностном факторе некооперативного диалога 60-89

1. Характер личности 60-62

2. Пол личности 62-64

3. Семейные условия 64-66

4. Этап жизни 66-68

5. Интеллект 68-70

6. Моральный облик личности 71-73

7. Поведение личности 73-75

8. Конфликтность личности 75-77

9. Эмоциональное напряжение коммуникантов 78-81

10. Аспект коммуникативной суппозиции 81-89

Выводы по Главе 2 90-92

Глава 3. Социальный статус коммуникантов и ситуативно-целевая сторона общения в некооперативном диалоге 93-127

3.1. Понятие социального статуса и социальной роли. Основные виды социального статуса – равный и неравный 93-99

3.2. Аспекты социального статуса 100

1. Материальный (имущественный) аспект 100-101

2. Аспект ранжированной служебной деятельности 101-102

3. Классовый аспект 102-105

4. Культурологический аспект 105-107

5. Идеологический аспект 107-

6. Возрастной аспект 109-110

7. Партнерский/товарищеский аспект 110-113

3.3. Ситуативно-целевой фактор 114-123

1. Целевой аспект. 115-117

2. Аспект планирования ситуации 117-118

3. Аспект обстановки 119-120

4. Аспект обстоятельства 120-123

Выводы по Главе 3 124-127

Заключение 128-136

Список литературы

Кооперативный и некооперативный диалог. Факторы возникновения некооперативного диалога

Проблемой диалогического и монологического общения занимались многие известные лингвисты. В свом исследовании «Восточно-лужицкое наречие» Л.В.Щерба отмечал важность изучения диалогического и монологического общения. Л.П.Якубинский назвал Л.П.Щербу «определнным диалогистом», так как Щерба указывал «на связь между характером быта и экономическим строем общества, с одной стороны, и распространением диалогической формы за счт монологической с другой» [ Щерба, 1915, с. 3].

Л.П.Якубинский считал, что «взаимодействие людей стремится избежать односторонности, хочет быть двусторонним, диалогичным и бежит от монолога» [Якубинский, 1986, с. 207].

По мнению М.М.Бахтина, диалогичность является философско эстетическим способом бытия человека, который возникает во время его общения с литературой и реализует себя в активном диалоге с «другим», например, автора-читателя и автора - творца, автора и героя, автора и читателя. Термины «говорящий» и «слушающий» М.М.Бахтин трансформировал в обязательные повествовательные определения, такие как повествователь-нарратор и слушатель-нарратор [Бахтин, 1979, с. 27].

Как известно, в современном языкознании получило широкое хождение положение о том, что речь по своей неизменной природе диалогична, а не монологична, поскольку она непременно к кому-то обращена – в верхнем пределе ко всему человечеству, в нижнем пределе – к самому себе.

По признаку соотношения источника речи (говорящий) и получателя речи (слушающий) речь может быть либо монологической (один говорит, другой или другие слушают), либо диалогической (говорящий и слушающий обмениваются сообщениями – репликами).

Проблемами диалогической речи интересовались представители разных профессий. Литературоведы отмечали важность диалогов в художественной литературе. Психологи исследовали психические реакции в процессе диалогического общения. Проблемы диалога изучают социологи и специалисты по коммуникативным системам. Преподаватели используют структуру диалогической речи при изучении иностранных языков.

Общепризнано, что диалог представляет собой одну из главных форм реализации речи. Существует большое количество научных подходов в изучении диалога, описания строя и функционирования диалога отличаются значительным разнообразием. Грамматисты изучают диалог как структуру диалогических сообщений, их взаимодействие и связь. Психолингвисты усматривают одну из форм коммуникативного поведения в процессе реализации диалога. Проводятся исследования диалога в сфере речевого бихевиоризма и социокультурной коммуникации.

В.Д.Девкин отмечает, что разговорная речь является речью диалогической, и что оба эти понятия могут употребляться как синонимы [Девкин, 1981]. Ю.С.Скребнев изучал закономерности коллоквиального синтаксиса на материале «реалистичного диалога художественной литературы» [Скребнев, 1971, с. 76]. Во всех этих подходах, иногда четко и явно, иногда между строк выражается или кроется признание диалогическое направленности всякого высказывания, то есть речи вообще. Между тем, как отмечает М.Я.Блох, «в этом положении, весьма важном как этап в развитии знания, оказались смешанными два фундаментальных феномена, подлежащие отражению двумя разными понятиями; первый феномен – число источников речи (единичность говорящего против множественности говорящих, то есть разговаривающих, или собеседников), другой феномен – адресация речи, то есть обращенность речи к ее получателю» [Блох, 2010, с. 56]. «Действительно, процесс речи всегда кому-то адресован, всегда кому-то предназначен. Такое предназначение речи направлено от источника к приемнику, и в этом смысле адресация речи сугубо односторонняя. Вместе с тем процесс речевого общения между двумя и более участниками реализуется в виде разговора или беседы, так что диалог-разговор в этом смысле является прежде всего, процессом двусторонним и, следовательно, двувекторным (вызов – отзыв)» [Блох, 2012, с. 17]. Отсюда становится ясным, что строго вычлененный монолог не может быть диалогом, а строго вычлененный диалог не может быть монологом, хотя, по закону «континуума», частичные смешения двух полярных типов общения не только возможны, но и реально закономерны. Важнейший пример подобного смешения (диалектика единства противоположностей) дает нам представление диалогов между персонажами в литературном произведении, которое само по себе является не чем иным, как монологом автора по определению [Блох, Поляков, 1992, с. 65].

Диалог (греч. – первоначальное значение «разговор, беседа двух людей») «в обычном смысле – литературная или театральная форма устного или письменного обмена высказываниями (репликами) в разговоре между двумя или более людьми, в философском и научных смыслах диалог – это специфическая форма в организации общения» [Диалог, Wikipedia]1.

Диалог традиционно противопоставляется монологу. «Диалог – это разговор собеседников, монолог – это речь одного говорящего, единственного говорящего» [Блох, 2012, с. 16]. О.С.Ахманова определяет монолог как термин литературоведения: «оформление речи как обращенной прежде всего к самому себе, не рассчитанной на непосредственную словесную реакцию собеседника» [Ахманова, 1966, с. 239]. Я.Яноушек считает диалог специфической формой социального контакта, которая основана на передаче информации путм социального поведения и социальной связи между людьми.

Многие исследователи занимались проблемой диалога [Якубинский 1986, Арутюнова 1970, Mukarovsky 1967, Чахоян 1979, Девкин 1981, Techtmeier 1983, Винокур 1993, Хундснуршер 1998, Шаховской 1998, Блох 2010, 2012, Берестнв 2010, Межуев 2011, и многие другие]. В.Д.Девкин в своей работе «Диалог. Немецкая разговорная речь в сопоставлении с русской» дал общую характеристику диалога и его основных особенностей, показал средства связи реплик и специфику построения отдельной реплики. По мнению В.Д.Девкина фактор личности говорящего также является важнейшим фактором в формировании диалога. Л.П.Чахоян исследовала основные теоретические 1 URL: https://ru.wikipedia.org/wiki/диалог (дата обращения: 05.07.2013). проблемы синтаксиса диалогической речи, смысл диалогических реплик, установила их семантическо-синтаксические, логико-семантические и коммуникативно-психологические характеристики и предложила системное описание диалогической речи с позиций функционально-семантического синтаксиса [Чахоян, 1979, с. 10-46]. Н.Д. Арутюнова предлагает выделить два типа диалога: предметный или диктальный диалог и модальный диалог. «Цель предметного диалога состоит в получении фактической информации, а цель модального диалога заключается в обмене мнениями» [Арутюнова, 1970, с. 56]. Однако ни предметный диалог, ни модальный диалог почти не встречаются в чистом виде. В любом диалоге присутствуют элементы как предметного, так и модального диалога. Необходимо отметить, что в модальном диалоге наиболее полно проявляются чувства и интонационные оттенки, которые выражены не только семантически, но и синтаксически.

Говорящий имеет определнную целевую установку и определнные условия для е передачи. Целевая установка подразумевает набор речевых средств и их употребление для предельно корректного и экспрессивного обмена информацией о событиях фактической окружающей реальности и отношения коммуникантов к этим событиям.

Сообщение или информация может предназначаться одному или двум собеседникам, ограниченному кругу людей или всем людям, интересующимся данным предметом. Этот факт можно рассматривать как направленность информации. Информация может быть направлена как непосредственно собеседнику, так и к будущим поколениям.

Аспекты личности в личностном факторе некооперативного диалога

Личность – это индивид, человек, рассматриваемый как субъект общества (персона в широком понимании термина) или как система общественно-значимых духовных и поведенческих свойств, характеризующих человека как члена того или иного социума или социальной группы. Оба понятия человека как целостности (от лат. Persona) и личности как его духовно-общественного и психического облика (от лат. Personalitas), семантически различны, но являются смежными и взаимно-дополнительными.

Психологи объясняют личность как совокупность предпочтений и поведенческих привычек, как психологическую картину персоны, с присущими ей как общечеловеческими, так и собственными уникальными чертами.

В лингвофилософии, наряду с понятием личности как духовной сущности человека, выдвинуто понятие языковой личности.

Языковая личность – это уникальный носитель идиолекта, то есть личного языка, со свойственными только ему особенностями речевого поведения и культурой общения. Именно поэтому существенную важность представляет исследование некооперативного диалога через призму языковой личности коммуниканта.

М.Я. Блох отмечает, что личностный статус говорящего является одним из важнейших факторов регуляции речевого общения. «В личностный статус входят все характеристики говорящего, существенные для хода общения: нравственный облик, темперамент, общественное положение, род занятий, образовательный уровень, умственные способности и др.» [Блох, 2007, с. 7].

В рамках теории языковой личности Ю.Н.Караулова В.В.Красных предлагает свою концепцию общения личности, согласно которой, говорящий предстат в «каждый момент своей речевой деятельности в трх ипостасях, как совокупность «личностных феноменов», как личность языковая, как личность речевая, как личность коммуникативная. Первая ипостась связана с теми знаниями и представлениями, которыми обладает человек, вторая – с выбором стратегий общения и репертуара лингвистических и экстралингвистических средств, третья проявляется в конкретном акте коммуникации» [Красных, 2002, с. 22].

При любом культурно-речевом взаимодействии людей существуют определнные национально-культурные и социокультурные стереотипы, которые определяют характер речевой деятельности.

Ю.Н.Караулов выделяет национально-культурную доминанту языковой личности, которая определяется «национально-культурными традициями и господствующей в обществе идеологией» и «формируется под воздействием семейной, воспитательной и социальной среды» [Караулов, 1987, с. 37].

М.Я. Блох и Е.Л. Фрейдина отмечают, что «языковая личность обладает когнитивными и лингвокультурными характеристиками, которые отражают ее принадлежность к определнному лингвокультурному сообществу» [Блох, Фрейдина, 2011, с. 24].

По определению В.П.Конецкой, «коммуникативная личность – это одно из проявлений личности, обусловленное совокупностью е индивидуальных свойств и характеристик, которые определяются степенью е коммуникативных потребностей, когнитивным диапазоном, сформировавшимся в процессе познавательного опыта, и собственно коммуникативной компетенцией – умением выбора коммуникативного кода, обеспечивающего адекватное восприятие и целенаправленную передачу информации в конкретной ситуации» [Конецкая, 1997, с. 169].

Мотивационные и когнитивные параметры коммуникативной личности реализуются в процессе речевой коммуникации. Личностная парадигма субъекта коммуникации реализуется в рамках определнного культурно коммуникативного пространства в соответствии с «принятыми в данном социуме языковыми, когнитивными и прагматическими правилами» [Прохоров, 2004, с. 13].

Итак, мы понимаем, что личность, язык и речь – это взаимосвязанные вершины треугольника, без любой из которых существование остальных вершин принципиально невозможно. Но насколько изучено человеческое общение в рамках его основных целей – объединения усилий, передачи информации, прогрессивного движения вперед?

Как мы говорили выше, есть два вида общения. Первый, позитивно-продуктивный вид мы называем кооперативным диалогом, т.е. диалогом, который подразумевает кооперацию между коммуникантами. Второй вид, непродуктивный и зачастую негативный, мы называем некооперативным диалогом, т.е. соответственно диалогом, не приводящим к кооперации коммуникантов.

Представляется очевидным, что личность автора, как она выражена в открытом тексте и между строк, играет важнейшую роль в описании некооперативных диалогов. Вся диалогическая речь в художественном произведении является авторским монологом с присущим ему идиолектом и субъективным видением изображаемых персонажей и событий. В научной литературе имеются исследования, которые утверждают, что описательные возможности авторов ограничены, в том числе и их идиолектами. По мнению К.Г.Юнга авторы литературных произведений, создавая своих персонажей, используют несколько психотипов [Юнг, 1991, с. 42]. Независимо от числа выдуманных литературных героев, их психотипы будут представлены двумя-тремя вариантами. Данное суждение представляется в корне неверным, количество психотипов в обществе определяется не авторами и не выдумывается учеными, а задается самой жизнью. И писатели-мастера опираясь на свое тонкое психологическое чутье раскрывают эти реальные и многочисленные психотипы и художественными средствами впечатляюще отображают их для читателя. Именно поэтому анализ психотипа персонажа исключительно важен: этот анализ, мотивированный авторским замыслом, приводит к восприятию и пониманию типических черт, формирующих духовную сущность личности и постигаемых через чтение художественной литературы.

Для установления психотипа персонажа удобным фактическим материалом являются сочинения одного автора, особенно такие, которые составляют объединенный сюжет, развертывающийся в серии произведений. Отражающих «внутрикнижный» мир с единой хронологией событий. Обширным потенциалом для исследования в рассматриваемом плане обладает серия книг Джоан Роулинг о Гарри Поттере. Эта серия изобилует персонажами, постепенно развивающимися и «живущими» на протяжении восьми книг. Мы обнаружили большое количество так называемых фан фикшн (произведений авторов, фанатов серии), которые пародируют, либо продолжают нераскрытые линии повествования из оригинальной серии. Мы отметили, что герои-образы произведений-продолжений обнаруживают существенные отличия от героев-оригиналов. Авторы продолжений используют иные выразительные средства, а также неожиданно меняют линию поведения своих персонажей. Сменяется автор, сменяется идиолект повествования, сменяется психология персонажа.

Таким образом, личностный фактор является особенно сложным с точки зрения общего представления о некооперативном диалоге, так как в каждой конкретной развевающейся ситуации мы сталкиваемся с языковой личностью автора, через призму которой он описывает своих персонажей.

Рассмотрим некооперативный диалог как проявление личностных свойств коммуниканта. В первую очередь необходимо детализировать аспекты личности. Как видно из примеров ниже, каждый рассмотренный нами аспект личности может являться прямой или косвенной причиной развития некооперативного диалога. Каждый конкретный пример некооперативных диалогов можно рассмотреть через призму аспектов личности каждого конкретного персонажа (героя).

Материальный (имущественный) аспект

Среди всех аспектов личностного фактора формирования некооперативного диалога особое место занимает аспект коммуникативной суппозиции. Коммуникативная суппозиция – это набор таких знаний коммуникантов, вступивших в общение, которые, если они истинны, нужны для достижения должного понимания посылаемых сообщений. Понятие коммуникативной суппозиции было выдвинуто в порядке развития понятия пресуппозиции, развернутого в прагматической и далее когнитивной лингвистике. Пресуппозиция была определена именно так, как формулируется вышеприведенное понятие коммуникативной суппозиции; это фонд знаний говорящего и слушающего, необходимый для верного понимания формируемой речи [Арутюнова, 1973, с. 10-37]. М.Я. Блох, формулируя теорию регуляции речевого общения, отдает план пресуппозиции («предпредположения»), не говорящему и слушающему вместе, а только говорящему. «Пресуппозиция – это предположение говорящего о фонде релевантных знаний и, шире, личности слушающего. В ходе общения говорящий по существу обращается к воображаемому им слушающему, как «квази-слушающему» – к тому образу слушающего, который он имеет заранее или создает в своем сознании по мере развития общения. Образ слушающего может отвечать действительной личности слушающего, а может и вовсе не отвечать ей» [Блох, 2012, с. 12]. Что касается слушающего, то его суппозиция («предположение» – знание скрытое, выраженное «между строк) принимает форму «постсуппозиции», будучи, кроме предварительно-стереотипного, также и интерпретационным по отношению к речи говорящего, как и к впечатлению о его личности, если говорящий оказывается для слушающего новым, незнакомым человеком. Отсюда и рождается обобщенное понятие суппозиции, раздваивающееся на два частных понятия – с одной стороны, пресуппозиция (исходное предположительное знание говорящего), а с другой стороны, постсуппозиция (интерпретационное знание слушающего вместе с собственным предположительным знанием).

Из сказанного легко понять, что рассматриваемый аспект, называемый коммуникативной суппозицией, имеет особенно тесное отношение к формированию некооперативного диалога. Причина тому – расхождение представлений о некотором предмете у говорящего и у слушающего.

В сознании человека присутствует масса оценочных представлений о людях, идеях, общественных движениях, конфессиях и .т.д. Кого-то или что-то человек одобряет, кем-то или чем-то он восхищается, кого-то или что-то ненавидит. Эти образы, соединенные с внутренне-речевой расшифровкой, могут соответствовать оригиналу, а могут не соответствовать. Они могут быть созданными самостоятельно, из личных впечатлений, а могут быть навязаны извне. Так, образ друга обычно создается из личных впечатлений, а образ врага нередко навязывается некоторой третьей стороной.

Допустим, что в сознании коммуниканта сложился стереотипический образ скрытого врага, наложенный на человека, с которым коммуникант вступил в речевой контакт по какому-то делу. Ясно, что стереотипический образ станет триггером некооперативного диалога некоторого уровня, устанавливаемого степенью неприязни коммуниканта к этому человеку. Если образ по мере развертывания диалога меняется с отрицательного на положительный, некооперативный диалог будет иметь шансы изменится некооперативного на кооперативный. При положительном умственном стереотипе и отрицательной действительностью (человек, казавшийся другом) вся ситуация общения примет обратный вид: преобразование кооперативного диалога в некооперативный по развертыванию общения. Для ситуаций с преобразованием диалогов имеется термин «разрыв шаблона. Этот толковательный термин очень четко показывает суть преобразовательного коммуникативного акта, а именно, встречах. При этом могут быть ситуации в которых происходит так называемый «разрыв шаблона». В нашем случае «разрыв шаблона» означает резкую ликвидацию кардинальное несоответствие стереотипического образа с текущей реальностью и ликвидацию этого несоответствия в результате преобразовательного действия над диалогом – от кооперативного в некооперативный и наоборот.

Примечательно, что отечественные физиологи, в их числе Н.П.Бехтерева, описывали в рамках физиологии процесс становления стереотипа и вынужденные реакции всего организма на несоответствие между «ожидаемым и действительным». Тем не менее, Н.П. Бехтерева указывает на то, что «наличие стереотипического мышления весьма полезно с той точки зрения, что оно позволяет анализировать и прогнозировать те или иные явления, а также экономить энергию для сознания в целом» [Бехтерева, 2006, с. 12]. Легко видеть, что понятие речевой суппозиции исторически поддерживается понятием сложения умственного стереотипа. Исследователи разделяют стереотипы на несколько видов: личностный (представления о личности, этносе и т.д.), прагматический и когнитивный (эмоциональный и рациональный), автостереотипы и гетеростереотипы (представление о других людях вместе с представлением о себе), целенаправленные и спонтанные, позитивные и негативные, и наконец, медиальные и интенсивные [Потапова, 2006]. Гетеростереотип может быть осмыслен в качестве одного из источников складывания речевой суппозиции. Рассмотрим на литературном примере процесс формирования гетеростереотипа, его влияние на речевую суппозицию, и как следствие образование некооперативного диалога в связи с «разрывом шаблона».

Партнерский/товарищеский аспект

Офицер пытается забыть о войне, находясь рядом с молодой и красивой медсестрой. Она в ответ утверждает, что вокруг нет ни одного спокойного, нетронутого войной места, чтобы позволить себе забыть о войне. Диалог некооперативен по причине того, что обстоятельства (война, разрушения, общая кризисность ситуации) не дают коммуникантам вести диалог в другом векторе.

Сам термин «обстоятельства» подразумевает некую осложненную ситуацию, которая может быть и спокойной, и неспокойной, и даже стрессовой, при этом либо позитивно окрашенной, либо негативно.

Рассмотрим типы обстоятельств, которые бывают кризисными, чрезвычайными, экстремальными и стрессовыми. Стресс – это некая совокупность реакций организма, реализуемых для адаптации к сложившейся ситуации, каким-то образом нарушающей сложившийся порядок вещей в субъективной картине мира индивида. Стресс может быть, как физический, так и психологический. Психологи делят стресс на позитивный стресс – эустресс и негативный стресс – дистресс. В первом случае, эустресс может вызвать позитивные эмоции и переживания со стороны индивида (предложение руки и сердца в необычном месте совершенно внезапно), или слабо выраженный стресс, который лишь мобилизует организм (сессия у студентов). В случае же эустресса, организму не удатся справиться со всем комплексом ситуативных проблем, следствием чего может являться болезнь, а в речевом проявлении – эмоциональный взрыв. В целом стресс оказывает прямое влияние на речь коммуникантов, поскольку затрагивает речевые центры. Часто это может выражаться в оцепенении и невозможности что-либо произнести, в заикании или многократном повторении одной и той же фразы. Например: My Lord! I—I have no wish to leave you, none at all— Do not lie to me! hissed the second voice [Rowling, 2000, с. 21].

В данном примере человек по прозвищу «Хвост» находится в стрессовой ситуации, когда вынужден лгать, а его хозяин настолько взбешен этим фактом, что готов причинить ему боль. Сильный стресс оказывает влияние на речевые центры, и человек заикается, пытаясь выговорить местоимение «я».

Психолог В.М. Аллахвердов отмечает, что мозг человека порой может функционировать в режиме нарушения причинно-следственных связей, когда сознание индивида не имеет модели решения в сложившихся обстоятельствах. Им же вводится термин «разрыв шаблона», в котором «нарушение ситуативной закономерности ведет к разрушению привычных схем поведения, к затруднению в принятии самых простых решений, вызывает сбой в поведении и хаотические попытки избавиться от навязанной ситуацией закономерности» [Аллахвердов, 2003, с. 64].

Во время стресса у индивидов наблюдается изменение активности общения. По мнению С.Н. Подвигина, темп речи во время стрессовой ситуации будет увеличиваться [Подвигин, 2004, с. 41]. Речевой процесс становится напряженным, появляется много междометий. Под воздействием стресса также резко снижается разнообразие используемых лексических единиц, увеличиваются вербальные ошибки, речевое сообщение приобретает оттенок прерывистости и размытости. Р.К Потапова полагает, что повышение скорости артикуляции связанно с эмоцией страха. Она также отмечает, что в данном случае происходит изменение интенсивности голоса, голос становится высоким [Потапова, 2006, с. 29-40].

Определенный интерес представляет высказанное нейроморфологом X. Джексоном утверждение, заключающееся в следующем: «продукцию значимой речи должны вовлекаться затылочная. височная, теменная, лобная доли. В норме доминирует новая, корковая система, тогда как при стрессе старая лимбическая может восстанавливать свое преимущество, что объясняет специфические изменения речи; при этом преобладают междометия и затруднена грамматически правильная речь» [Джексон, 1915, с. 41-62].

Как мы показали выше, стрессовые ситуации оказывают сильнейшее воздействие на психику человека, которая оказывает как физическое, так и психологическое влияние на речь, что в свою очередь порождает конфликтные и некооперативные речевые ситуации во время диалога.

Важно также обозначить явление кризиса в развитии ситуации, и то, какое влияние он оказывает на человека. Кризис является неминуемым и в некоторой мере необходимым этапом в жизни индивида, являясь при этом одной из основных движущих факторов развития личности, иногда не только личности, но и различных социальных групп, социума в целом. В глобальном плане кризис является движущей силой в развитии человечества.

Кризис возникает в момент, когда ранее отработанные программы поведения оказываются недостаточно адекватными или компетентными для решения проблем или адаптации к сложившимся обстоятельствам. Кризисные моменты требуют новых способов решения проблем, нестандартных подходов, из числа уже наработанных, они в некоторой степени мобилизуют креативное мышление индивида. Нередко в моменты кризиса индивиду необходимо полностью пересмотреть сво мировосприятие, чтобы адаптироваться к новым реалиям. Кризис всегда требует совершить выбор из нескольких возможных вариантов. Он зачастую происходит благодаря внешним обстоятельствам, некоего раздражающего фактора или события.

Негативные обстоятельства также могут быть экстремальными или чрезвычайными. В первом случае имеется ввиду наличие прямой угрозы жизни индивиду из-за внешних факторов, а во втором – сложившиеся неблагоприятные условия, как правило локальные катастрофы или техногенные аварии, которые могут причинить вред человеку. Оба данных вида обстоятельств, как правило, т.е. несут угрозу жизни человека, в связи с чем он вынужден мобилизовать свои силы, чтобы пережить это. Такие явления оказывают определенное влияние на течение диалогов.